Сменить фон сайта
Новое - из глубины
Сайт Исследовательской Творческой Группы (ИТГ) и Центра «Солярис»
 Статьи (Облегчённая версия)
Страница загружена 24 Июня 2018 года (воскресенье) 16:52:15 
.
АКТУАЛЬНАЯ МЫСЛЬ: «Если для Вас сложны соляристические проекты, идите играть в Лего»
.
Вход/регистрация
Войти

Регистрируясь на сайте,
Вы соглашаетесь
c Правилами участия в деятельности сайта Соляриса


Что даст вам регистрация на сайте?

  • Быстрый просмотр всех новых событий на сайте
  • Участие в дискуссиях на форуме Соляриса
  • Возможность добавлять материалы
  • Отправка сообщений другим пользователям
  • Вход на все сайты системы Ucoz без регистрации
  • И многое другое...

Зарегистрироваться!


Главное меню


Активность на сайте

Новое на сайте
 


Поиск по сайту

Наш опрос
Как вы относитесь к науке?
Всего ответов: 44

Важные даты
12 Апреля 2015Поздравляем с праздник... (2)
28 Сентября 2014112 лет со дня рождени... (0)
30 Августа 2014129 лет со дня полёта ... (0)




Общероссийский рейтинг школьных сайтов


.
Статья

Главная > Статьи > Статьи о философии > Философские вопросы

Автор: Хейфец Эдуард Олегович · E-mail автора · Сайт автора
Опубликовал: heyfetzed · Дата и время публикации: 09 Января 2013 года 20:08:33
Теги: вселенная, Математика, философия
Просмотров: 339 · Комментариев: 0
Рейтинг по пятибалльной шкале: 5.0 (количество проголосовавших: 1)

Философско-математический опыт описания Вселенной
 

Как утверждает классическая философия, у Вселенной нет ни начала, ни конца; ни во времени, ни в пространстве.

Не удовлетворившись такими отрицательными достоинствами, физики и астрономы строили модели Вселенной конечной во времени и ограниченной в пространстве. Так, согласно второму началу термодинамики все макрообъекты во Вселенной должны разрушиться до атомов, равномерно распределенных по ее объему [Clausius]. Согласно же концепции Большого Взрыва силы гравитации, напротив, некогда стянули все объекты в единый сгусток, который впоследствии взорвался [Хокинг: 18].

Обе эти концепции ставят целый ряд важных вопросов: о самой природе интеграции (от противного) либо о механизме порождения вещества. К сожалению, они не свободны от произвольных допущений.

Первая принимает тепловое движение за базисное, а атомы - за предел делимости. Движение здесь сводится к механическому перемещению, которое способно лишь разрушать объекты, что опровергается уже квантовой механикой.

Концепция большого взрыва сводит силу гравитации к притяжению, должную стянуть все объекты воедино, хотя стабильное движение планет по орбитам свидетельствует, скорее, о равновесии сил отталкивания и притяжения. Стабильное орбитальное движение присуще электронам, а на уровне, доступном непосредственному наблюдению происходит у пузырьков кавитации [Корнфельд: 94].

Обе концепции предполагают наличие пустоты, необходимое для того, чтобы вся материя равномерно распределилась по объему, который ранее занимала неравномерно либо для того, чтобы она, напротив, - собралась в одно место. Примечательно, что первая концепция возникла в середине ХІХ в., когда физики декларировали отсутствие пустоты и наличие эфира. Что же касается физики ХХ в., то Эйнштейн предполагал, что материя есть разновидность поля1, которое сводится к функциям пространства [Эйнштейн, Инфельд: 201].

Некритическое отношение к двум противоположным концепциям ведет к их эклектическому объединению. Скажем, Хокинг утверждает, что после большого взрыва энтропия Вселенной растет, после чего происходит коллапс Вселенной, в ходе которого, напротив, увеличивается порядок [Хокинг: 173 – 184].

В результате подобного подхода теоретик перестает замечать отрицательную сторону опыта, выдавая отсутствие достоверного знания за достоверное знание об отсутствии явления, что приводит к эрозии науки. «События, которые произошли до Большого Взрыва, не могут иметь никаких последствий, касающихся нас, и поэтому не должны фигурировать в научной модели Вселенной. Следовательно, нужно… считать началом отсчета времени момент Большого Взрыва» [Хокинг: 65]. Так, ученый ради получения стройной концепции готов пожертвовать фактами, вытекающими из элементарной философии.

Соответственно, утверждение, будто наблюдаемое в телескоп красное смещение является свидетельством взрыва Вселенной, а не сколь угодно большого ее подразделения следовало бы обосновать теоретически. На деле обоснование свелось к самовнушению путем замены слова "метагалактика" на "Вселенная".

Более того, наблюдения были истолкованы соответствующим образом не без влияния теории. Красное смещение, растущее с расстоянием от Земли, подобно заре, может быть объяснено ослаблением света под действием помех, число которых увеличивается с расстоянием.

Оправданием подобного рода крайностей видится потребность разума в опоре для рассуждений.

Можно начать с того, что Вселенная едина и представляет собой единицу бытия (для тех, кто настаивает на множестве "вселенных", предложу менее образный синоним "всеобъемлющей совокупности"). Далее возникает вопрос, почему эта единица не является единственной во всем мироздании, нерасчлененным его сгустком?2

Ответ видится в том, что бытие обладает великостью. Введем условную категорию небытия, обозначив ее через 0, а бытие - через Х. 0 = Х - Х. Следовательно, Х > 0 на самое себя. Поскольку небытие условно, а бытие едино, оно должно быть больше нечто, содержащегося в нем и это нечто должно быть обособленно в действительности, физически. Поскольку и это нечто  есть единица бытия, оно должно быть больше своего содержимого и т. д. Отсюда вытекает, что как Вселенная, так и любое ее подразделение бесконечно и, более того, безгранично. Скажем, когда рука касается стола, расстояние между нею и столом составит 0 сантиметров, миллиметров и т. д. вплоть до уровня определенной малости, в котором нельзя различить, где кончается рука и где начинается стол. Вместо границ здесь наличествуют переходы к внешнему миру, которых лишена одна Вселенная.

Понятие внутренней бесконечности противоречит физике ХХ в., уверовашей в элементарность частиц. Между тем, как признают сами физики, см., например Бор: 182, физические приборы недостаточно совершенны для столь категоричных выводов. Так, соотношение изображения электрона к самой частице в тысячу раз больше отношения земного шара к человеку. В этих условиях, индивидуализируя стихию частиц, физики искали опору в философии, произвольно приписывая ее категории опытным феноменам.

Сторонники бесконечной Вселенной, как правило, подчеркивают отсутствие в ней центра, поскольку в "конечном" объекте им является точка с равным расстоянием до границ. Однако, как было показано выше, любой существующий объект является бесконечным и безграничным. Т. е. расстояния до его концов на самом деле являются расстояниями до иных начал. Вселенная же содержит все начала. У нее (как и у любого другого объекта) нет абсолютного центра, т. е. неделимой точки, но есть центральные области.

Другое дело, что Вселенная представляет собой стихию. Ее "центр" имеет меньшее значение, чем таковой Тихого океана, поскольку в ней нет ни поверхности, ни дна, ни берегов.

Из великости бытия следует как его единство, так и противоположность этого единства - множество, существующие в нераздельном сплаве. Борьбой между множеством и единством является движение. Одним из проявлений этой борьбы на уровне идей и является концепция Большого Взрыва, представляющая Вселенную вначале как абсолютное единство, а затем - как множество.

Бесконечность, наличествующая в любом объекте, определяет свойство, обеспечивающее сосуществование и несовпадение компонентов бытия. Как минимум, это одно направление. Но оно задает противоположное, поскольку сосуществование взаимно. Вместе же они образуют одно измерение. Из несовпадения компонентов бытия следует их базисная непроницаемость - т. н. плотность. Ни один объем не войдет в другой, сформировав 2 объема = 1.

Математическим инструментом познания бесконечности является неделимая далее единица, получаемая, как идеальный предел деления объекта на бесконечную совокупность его и только его частей lim x : ∞ = x : ∞xy = х : х = 1е, где 1е - это элементарная или бесконечно малая единица. У этой единицы был предшественник - математический атом, отвергнутый из-за несоответствия базисных свойств с созерцаемыми. Так, угол является двумерной совокупностью. Составляющие его линии должны быть либо нулевыми границами неких двумерных базисов (свойства которых неизвестны) либо полосами с пренебрежимо малой шириной (что соответствует линиям на чертеже). Приняв ширину за бесконечно малую единицу, в вершине острого либо тупого угла получим запредельное деление, что должно означать отсутствие кривых и наклонных на базисном уровне. Еще более наглядна задача Демокрита, которую он не решил, т. к. предполагал, будто атомы обладают всеми стереометрическими формами. Спрашивается: будут ли одинаковы поверхности сечения конуса, проведенного параллельно его основанию? Если будут, то части, ближние к вершине не отличаются по ширине от частей ближних к основанию. Вместо конуса получится цилиндр. Если не будут, то вместо сплошной боковой поверхности возникнут ступени [Античные философы: 97, 98]. Последний вариант представляется более достоверным: конус мы не путаем с цилиндром, тогда, как от мельчайших неровностей постоянно отвлекаемся. Применив то же суждение к продольным сечениям, получим совокупность кубов, в которых и измеряется объем. Такова картина на бесконечно малом уровне. На бесконечно составном нет куба, составляющего все прочие, и нет абсолютно гладких границ. Здесь определение измерений не статично, а динамично - это потоки, текущие в трех измерениях и шести направлениях. Вот довод против искривления пространства, которым обосновывают конечность Вселенной.

Поскольку сами измерения текучи, сложенное ими пространство не может быть пустым. В отсутствии абсолютной пустоты обособление компонентов бытия друг от друга достигается не сгущением материи, ибо ее количество соответствует объему; не сцеплением частиц (проведите в воздухе области в виде сцепленных шестеренок — он от этого не затвердеет), но движением. Последнее требует второго измерения, позволяющего впередилежащим компонентам бытия обходить движущийся; а также третьего измерения, позволяющего в отсутствии пустоты проходить малым компонентам бытия через большие, не разрушая их. Т. о. величина представляет собой проницаемую сеть, из собственных динамических структур, что не было бы возможным в двумерной совокупности. Напомню, что мы проницаемы для света, в чем легко убедиться, подставив руку к лампе.

Если бы движение сводилось к перемещению, Вселенная была бы представлена потоками и завихрениями. Однако в ней имеются т. н. твердые тела3. Уже из квантовой механики следует, что их зримо неподвижная, а на деле постоянная форма воссоздается стабильным движением электронов. В отсутствии пустоты между ними циркулируют потоки, которые, в отличие от стихии, и подобно потокам крови или цитоплазмы не сводятся к перемещению, а направлены на созидание стабильного уровня, который я назвал значимым. Скорость потоков, слагающих его, определяет твердость. Именно этот уровень является конечным при бесконечной основе. Переходный же интервал низводится на подзначимый уровень. В результате, следующие за ним внутренние области воспринимаются, как внешние границы.

Перед нами живой организм и, одновременно, компонент бытия, активно стремящийся сохранить свою великость, естественный прототип математической величины. Такими индивидуумами являются кристаллы минералов, молекулы, атомы и т. д. Большинство же созерцаемых «тел» представляют собой своего рода колонии таких организмов, в т. ч., полученные искуственно.

Индивидуализированное стремление сохранить свое постоянство, присущее величинам, было принято зоологами за инстинкт самосохранения. Согласно естественнонаучной парадигме, живые организмы возникли из заведомо мертвых молекул. Однако, как показал Пастер, в среде невозможно спонтанное самозарождение даже бактерий (в отличие от кристаллов). С этой позиции инстинкт самосохранения представляет собой излишество, которому следовало бы редуцироваться, подобно зрению у крота. Наиболее целесообразным приспособлением явились бы гибель, разложение и слияние с к окружающей средой. Отнесение этого стремления к базисному уровню бытия позволяет понять, как происхождение субъективности, несводимой к физико-химическим механизмам, так и эволюцию, в ходе которой, противодействуя стихии, несовершенные кристаллы, капли слизи, вместо простой конденсации и разложения, доросли до высокоразвитых организмов, включая человека.

Индивид наиболее полно проявляет в себе такое свойство Вселенной, как единство бытия. Множественность ее компонентов проявляется в стихии, находящейся в противоборстве с индивидуумом. Последнее наиболее отчетливо на биологическом уровне. С точки зрения гидродинамики было бы нелепым, чтобы часть струи поплыла вверх против течения, движимая не окружающими завихрениями, а собственными интересами. Но лосось, преодолевающий водопады, и является комплексом потоков, стихией стихий. Движение же потока в большей степени сводимо к перемещению.

Концепция тепловой смерти Вселенной исходит из того, что материя и движение должны равномерно распределиться по ее объему. Как было показано выше, такое состояние является постоянным, т. е. энтропия во Вселенной не растет. Тот факт, что Вселенная, в отличие от ее подразделений, лишена подачи энергии извне означает не грядущий распад всех индивидов, но их хаотическое распределение. Сама же Вселенная не может быть индивидуализирована и представляет собой своего рода стихию.

К стихиям относятся не только знакомые всем порождения ветра и воды, такие, как смерчи и волны; но камни и горы, - колоссальные всплески земной коры, состоящие из множества кристаллов; труп, - бывший индивид, сливающийся с окружающей средой; целые подразделения организмов (птицы, рыбы и т. д.), являющиеся продуктом размножения, - целенаправленного распада индивидуума, противопоставляющего стихии природы собственную стихию. Свойства стихий могут приближаться к индивидуальным - таковы гражданские сообщества в отличие от орд либо жидкости, в отличие от газов.

Образом стихии в математике является число. Единица к личности применяется с трудом. Зато толпу, находящуюся в состоянии паники вполне можно представить в виде сотен, тысяч и т. д совершенно однородных единиц (и чем их больше, тем совершеннее однородность). Число нивелирует индивидуальности, переводя качество в количество. Примером этого является мода; массовые шоу, сплавляющие культуру вниз по результирующей или же чисто количественные оценки деятельности в области науки, связанные с количеством публикаций.

Стихия формирует индивидуумы и формируется ими. Многовековая традиция слагает памятники, отражающие миропонимание людей данного времени. Такова мифология; таковы грамматические правила языка. Таков Бог - образ стихии человечества, отчужденной от интересов отдельных индивидуумов. Все-таки апелляция элиты к этим традициям на практике направлена против высшей стихии общественной жизни - стихии светской культуры и открытий.

Стихия человечества, как и стихия природы, направляется вниз, к базисным потребностям индивидов. Обратное же, диалектическое движение возможно через развитые индивиды, чьи идеи воспринимает общество.

Следует заметить, что стихия, чуждая индивиду, нередко индивидуализируется в человеческом сознании, что приводит к неверной ее оценке, а порой, и к пагубным последствиям на практике, особенно в случае переноса свойств индивидов на общество как единое целое. Здесь из области математики мы переходим в социальную философию.

Значимое преимущество множества над единством ведет к тому, что само множество становится пустым. В результате на первый план выступает т. н. пространство, воспринимаемое как пустота. Таков воздух, которого мы не замечаем в повседневной жизни. Таковы тонкие среды для искуственных органов чувств, т. е. физических приборов.

Такая область служит не столько множеству, его составляющему, но величинам большей значимости в качестве их потенциального вместилища, обеспечивающего их обособленность друг от друга и возможность перемещения. Т. о., с ростом преимущества множества над великостью в совокупности начинают преобладать служебные функции.


Примечания

1В переводах, в т. ч. академическом термин «материя» заменен на «вещество». Восстановлено по подлиннику [Einstein, Infeld: 256].
2Свет способен ослепить. На поставленном вопросе остановилась древнегреческая школа Элейской философии, приняв его за окончательный ответ. Один из ее основателей, Парменид, в своей поэме «О природе» провозглашает: «Быть или вовсе не быть, — вот здесь разрешенье вопроса». Решив вопрос в пользу бытия, Парменид наделяет его неделимостью и неподвижностью: «Не возникает оно, и не подчиняется смерти.//Цельное все, без конца, не движется и однородно… И неделимо оно, ведь все оно сплошь однородно.//Так неподвижно лежит в пределах оков величайших» [Античные философы: 51].
3Уже из отсутствия пустоты чисто механически выводится равномерное распределение движения в материи: чтобы сдвинуться следует сдвинуть эквивалентный непроницаемый объем. Бесконечно малая единица за бесконечно малый момент способна сделать лишь один шаг.

Подобный вывод следует и из обобщающей диалектической философии. «Нет материи без движения» означает, что материя не может быть более или менее подвижной, т. к. в последняя за достаточно малый промежуток времени была бы абсолютно неподвижной. В данном объеме кристалла и дыма за равные промежутки времени должно произойти одинаково много изменений. И здесь уже можно поставить вопрос: почему кристалл не развеивается ветром?

Более того, из диалектической функции движения, разрешающего борьбу противоположностей, вытекает, что число противонаправленных векторов должно быть одинаковым внутри любого объекта. Его перемещение обеспечивается подразделением на собственный и на протекающий объемы по всей бесконечности уровней.


Список литературы

• Античные философы (свидетельства, фрагменты и тексты): Парменид, «О природе», поэма. Перевод М. А. Дынника, с. 49 - 53, Демокрит (свидетельства), с. 93 - 110. Издание Киевского Государственного Университета им. Т. Г. Шевченко, К., 1955.

• Бор, Избранные научные труды в 2-х т., т. ІІ, Можно ли считать квантово-механическое описание реальности полным? С. 180 – 191, М.: Наука, 1971 - 675 с.

• Корнфельд М. И., Прочность и упругость жидкостей, М. – Л.: Государственное издательство технико-теоретической литературы, 1951 - 107 с.

• Хокинг С., Краткая история времени: От Большого взрыва до черных дыр, СПб, Амфора, 2010 - 231 с.

• Эйнштейн А., Инфельд Л., Эволюция физики. Развитие идей от ранних концепций до относительности и квантов. М.: Наука, 1965 - 326 c.

Clausius R., Abhandlungen über die mechanishe Wärmtheorie, Abteilung II: Über die bewegende Kraft der Wärme, Braunshweig: Friedrich Vieweg und Sohn, 1867 - 351 S.

Einstein A., Infeld L., Evolution of physics. Development of ideas from earlier concepts to relativity and quanta, NY: Simon & Schuster, 1938 - 319 pр.




Комментарии
 
Имя *:
Email:
Код *:

Все права принадлежат Исследовательской Творческой Группе «Солярис» © 2003-2018 гг. н.э.
Сайт создан в системе uCoz Сайт создан в системе uCoz-->